Скачать Хроника Донецкого Бандитизма

      Комментарии к записи Скачать Хроника Донецкого Бандитизма отключены

Уважаемый гость, на данной странице Вам доступен материал по теме: Скачать Хроника Донецкого Бандитизма. Скачивание возможно на компьютер и телефон через торрент, а также сервер загрузок по ссылке ниже. Рекомендуем также другие статьи из категории «Программы».

Скачать Хроника Донецкого Бандитизма.rar
Закачек 3281
Средняя скорость 7410 Kb/s

Скачать Хроника Донецкого Бандитизма

«Организованной группировкой считалась и компания Яноша (Яши) Кранца. Но Янош был истинным бизнесменом — умелым, дальновидным, хватким. Не зря его называли в прессе тех лет «восходящей звездой украинского предпринимательства». По прибытии из Молдовы Кранц вел свои дела в Луганске, там и жил. В 1987 году уроженец Молдавии Янош Кранц создал в Луганске один из самых первых в городе крупных кооперативов по производству товаров народного потребления. Бизнес его процветал до тех пор, пока в 1990 году Валерий Доброславский (Доброслав) не организовал в Луганске устойчивую преступную группу из бывших спортсменов и стал облагать данью всех кооператоров, предпринимателей и торговцев. Первым в этом списке был именно Кранц. Предполагают, что скоропалительный отъезд бизнесмена в Донецк был связан с тем, что он не смог найти общий язык с Доброславом. Заместителем директора на его предприятии был местный авторитет Игорь Савчук. Савчук и познакомил Кранца с Анатолием Рябиным (он же Рябой) из Донецка, который частенько наезжал в соседний областной центр (там, к слову, был судим за мошенничество). А уже Рябин свел Кранца со своим близким приятелем Кушниром. С последним они имели какие-то совместные дела и планы. По данным, имеющимся в уголовном деле, в середине 1992 года у Кранца случился конфликт с директором фирмы «Люкс» Ахатем Брагиным, именуемом еще Аликом Греком. Брагин уже был в то время одной из ключевых фигур в бизнесе Донбасса, причем его влияние неуклонно росло. И Ахать Хафизович предложил Яношу Ефимовичу объединиться в финансовом отношении, вместе вести дела. Кранц отказался, считая, что настоящий бизнесмен должен быть самостоятельным, «сам играть свою игру». Таким образом, к концу 1992 года Кранц считался одним из богатейших людей Донбасса и Украины. В его собственности были: несколько заводов по производству лакокрасочных изделий в Донецке и Луганске, на которых строились новые мощности; значительная доля в уставном фонде процветавшего тогда Донуглекомбанка; сухогруз на 3 тысячи тонн с командой из 16 человек, имевший право заходить в иностранные порты; два магазина, а также одно из лучших в то время в Донецке кафе «Червоний кут» на бульваре Пушкина. С тех пор в Донецке бытовала пословица, что самая короткая улица в городе начинается от «Червоного Кута» и заканчивается тюрьмой/могилой. Был в его собственности и богатый офис в Калининском районе Донецка… (Александр Кучинский «Хроники донецкого бандитизма»)

Одни источники утверждают, что черная кошка между партнерами пробежала по вине Кранца, которого настроили против Грека Кушнир и Рябин. По иной версии, конфликт спровоцировал сам Ахать Хафизович, дабы расставить все точки над «і» в отношениях с «еврейской группой». В любом случае, оба понимали, что криминальный Донецк может выдержать лишь кого-то одного из них. Иначе распри и конфликты все равно разрушили бы группировку, чем не преминули бы воспользоваться остальные.

В момент сотрудничества Кранца и Брагина именно первый контролировал гостиницу «Люкс». Конфликт разгорелся в тот момент, когда Янош Кранц заподозрил Брагина в «подставе», а именно в отбирании у него собственности самым что ни на есть мошенническим образом. Как говорится, с кем поведешься — так тебе и надо. Прокуратура Донецка вдруг выяснила, что одним из соучредителей коммунального предприятия «Люкс» является некий чиновник одного из райисполкомов. Якобы именно по этой причине местные власти разорвали договор аренды гостиницы с Кранцом и срочно передали объект Ахатю Брагину. Вот где пригодились брагинские «сухие пайки» для бедных чиновников городского исполкома города Донецка… Как пишет газета «Грани», «по информации осведомленных источников, в тот момент брагинская фирма перехватила у Кушнира и Кранца контракт, впоследствии принесший $20 млн прибыли».

Как говорил Остап Бендер, за такие шутки надо морду бить, и был совершенно прав. Факт «кидалова» был налицо, и «луганчане» всерьез обиделись на своих закадычных партнеров. Янош Кранц понял, что прецедент с «Люксом» — это только начало и дальше будет еще круче. «Бывший сотрудник МВД рассказал, что после инцидента с гостиницей Кранц всячески пытался остановить экспансию «брагинских». Он якобы пожаловался на Алика Грека «ворам в законе», курировавшим Донбасс», — пишут Андрей Лаврик и Юрий Сандул. Ситуация накалилась до предела: упомянутые «законники» уже давно не строили никаких иллюзий в отношении как «методов работы», так и самого Ахатя Брагина, уже долгое время подыскивая на Алика Грека какой-либо компромат, который неожиданно свалился на них в виде жалобы Кранца.

Далее процитирую любопытный документ, переданный автору этих строк из архива УБОП в Луганской области:

«Ссора между компаньонами (Брагиным и Кранцом. — С. К.) в октябре 1992 г. имела место в кафе «Червоный Кут» (г. Донецк), в процессе которой Кранц лично избил Брагина, после чего конфликт перерос в открытую вражду. На почве указанных событий 10.11.1992 г. Брагиным и Ахметовым было организовано убийство Кранца».

Судя по приведенному выше документу, луганские УБОПовцы занимались группировками Кранца и Брагина к тому времени всерьез и уже знали Рината Ахметова. Вообще не понятно, как мог будущий гений экономики быть замешан в таком постыдном деле, как планирование убийства конкурента? Ему бы в этот момент учебники

читать да диплом писать, а он, понимаешь, в бандиты подался…

Яноша Кранца застрелили прямо возле его офиса, в котором он чуть ранее «по-мужски» поговорил с Ахатем Брагиным. В тот день страна праздновала День советской милиции. 10 ноября в 17:50 у своего офиса, расположенного по адресу улица Овнатаняна, 4, Янош Кранц был изрешечен пулями.

«Выстрелы раздались, когда Кранц покидал офис вместе со знакомым художником, которого в тот день пригласили в офис компании для совместного творческого начинания. Кранцу нравились картины живописца. Некоторые из них он даже помог по-крупному продать своим знакомым. Многие картины украшали стены холла В тот вечер обсуждался серьезный заказ на оформительские работы, которым так и не суждено было сбыться. Кранц и художник вышли из здания, свернули за угол к ожидавшей служебной машине. Убийцы стреляли сзади. Их ничуть не смущало присутствие на крыльце свидетелей — административного персонала «Донецкстройтранса» и «Кранцколорита», возвращавшегося с работы. Стрельба велась из автоматов, что уже само по себе можно былов то время отнести в разряд сенсации. Один из подбежавших киллеров толкнул художника и рявкнул: «Лежать!» Тот упал на землю и обхватил голову руками. Впоследствии свидетели описывали одного из преступников как парня лет двадцати, среднего роста, худощавого телосложения, одетого в длинное плащевое пальто. После расправы убийцы побежали к белым «жигулям», которые ожидали их в ста пятидесяти метрах, и скрылись. Вблизи трупа обнаружили 5 гильз: три пистолетные, две автоматные. Нападавших было двое, предполагается, что это наемные убийцы.

Жестокое убийство тщательно расследовалось. Но не было добыто никаких доказательств того, что Алик Грек хоть как-то причастен к преступлению. Директор «Люкса» приехал на похороны своего знакомого, так и не ставшего партнером, выразил соболезнование родным и близким погибшего. По делу об убийстве Кранца опрошено около 350 человек, в качестве свидетелей следователи допросили свыше 120 человек. До настоящего времени убийцы и организаторы преступления не установлены» (Александр Тимошенко «Кровавые хроники Донбасса»).

Король умер. Да здравствует король!

После убийства Кранца, которое так и осталось не раскрытым, Ахать Хафизович Братин обрывает всяческие контакты с луганской группировкой и фактически становится единовластным теневым лидером Донбасса. Рябин и Кушнир сделали свои выводы и вступили на тропу войны с Аликом Греком и его командой. Сами они, по сути, ушли в подполье: меняли места проживания, избегали ненужных контактов, хотя ни легальный, ни криминальный бизнес при этом не прекратили. После гибели Яноша Кранца лидирующее положение в его группировке занял Евгений Кушнир, став главным вдохновителем и организатором боевых действий. Собственность же, оставшуюся после выходца из Молдовы, контролировал преимущественно Рябин, бывший основной компаньон и соратник покойного. Рябой якобы предложил сотрудничество Братину. Но тот отказал…

По слухам, Кушнир не простил Брагину смерть Яноша Кранца — после его смерти, как уже упоминалось, капитал и влияние перешли к Ахатю. Кушнир поначалу не решался открыто выступать против Брагина, стараясь загребать жар чужими руками, натравливая разные ОПГ против друг друга и бросая, таким образом, тень на Брагина. Было несколько провокаций, после которых Кушни. надеялся открыто выступить против Алика Грека, однако Братин был человеком умным, если и решал проблему, то тихо, без шума и пыли. Но война уже началась, и первыми жертвами ее стали бизнесмены, ходившие под одной крышей, а получившие пулю от другой. Так ОПГ начинали боевые действия… Сейчас никто не в силах сказать, сколько людей пропало без вести в то время. Говорят, что донецкая река Кальмиус хранит много секретов периода заказных убийств и необъявленных бандитских войн начала 90-х годов.

Какова же подоплека столь кровавого периода в истории Донбасса? Есть версия, что воры в законе не смогли вытерпеть смешивания «понятий» и беспредела, коим грешили все представители ОПГ. Якобы не простили этого и Братану, который предал воровскую идею. До того как пути брагинской и кушнировской группировки разошлись, у Брагина и Рябина были хорошие контакты с уголовными авторитетами того времени — ворами в законе Культяпым (Фроловым), Красюком (Мазуркевичем), Полтавой (Дрибным), Целкой (Авциным), Чириком (Брагинским) и другими. Но отношения эти обострились к 1992 году — к началу открытия большого донецкого криминального фронта. После того как «люксовскую» группировку по смерти Кранца в 1992 году возглавил Ахать Брагин, вокруг «Люкса» стали консолидироваться криминальные структуры региона. В зарождающуюся империю Грека вошли такие авторитеты, как Мартиросян, Антипенко, Морозов, Ханча, Щербина. В то же время начал формироваться «еврейско-кавказский» клан, имевший поддержку «пиковых» воров в законе. В конце 1992 — начале 1993 годов в Донецке началась большая криминальная война.

В нынешних условиях дальнейшая деятельность «УРА-Информ.Донбасс» на территории «Донецкой народной республики» невозможна.

из вступительного слова Бориса Пенчука
к книге «Донецкая мафия»

Остап Бендер очень огорчился, когда узнал, что сотворенное им и посвященное Зосе Синицкой стихотворение «Я помню чудное мгновенье» раньше него написал какой-то проходимец Пушкин. Героя Ильфа и Петрова это досадное совпадение настолько расстроило, что публиковать произведение под своим именем он не стал. Основному обвинителю Бориса Колесникова, и его же тезке, издателю книги «Донецкая мафия. Антология» Борису Пенчуку повезло гораздо меньше. Он о подобном «совпадении» узнал уже после того, как пахнущие типографский краской экземпляры книги отправились в букинистические магазины и на рынки. Донецкий журналист, редактор газеты «Криминал-Экспресс» Александр Кучинский подал судебный иск, требуя компенсации от издателя «Донецкой мафии». По словам Кучинского, создатели нещадно разрекламированного бестселлера, как студенты-двоечники, в процессе написания целыми главами «сдували» его «Хронику донецкого бандитизма», вышедшие еще в 2002 году. В этой запутанной истории попытались разобраться журналисты «УРА-Информ.Донбасс».

Александр Кучинский сообщил, что раньше слышал о книге «Донецкая мафия», но прочитать все как-то руки не доходили. Внимательно ознакомиться с шедевром новоявленных борцов с коррупцией ему пришлось при достаточно печальных обстоятельствах. Журналист, специализирующийся на криминальных темах, попытался издать свою следующую книгу — «Организованная преступность Донбасса». Хитрый издатель вписал в договор пункт, по которому типография может и не издать книгу, если тема книги потеряет интерес для читателей. «Издательство-книготорговый центр «Кредо» известил Кучинского, что разрывает договор, поскольку с выходом «Мафии» тема потеряла интерес для читателей. Опешивший журналист вынужден был перечитать издание Пенчука и с немалым интересом узнал, что некоторые главы бестселлера слово в слово повторяют его «Хронику».

К нашему стыду, до нынешнего «плагиатного» скандала авторы этих строк «Донецкую мафию» не читали. Пожалели 40 грн. на сей шедевр ввиду неоднозначной репутации борца с мафией. Все знакомые и друзья оказались людьми не менее рачительными. Поэтому читать пришлось только сейчас.

Из выходных данных следовало, что книга отпечатана тиражом 5 тысяч экземпляров в киевском издательстве «Полиграфкнига». Автором значится журналист Сергей Кузин, но под знаком «копирайт», обозначающего владельцев авторских прав, указан не только он, но и Борис Пенчук. Возглавляемый последним фонд «Антикоррупция» — тоже среди правообладателей.

Несмотря на громкую рекламу, сама книга ничего особенного не представляет. Это обычная компиляция всех опубликованных когда-либо слухов и баек о «донецком клане», дополненная реальной криминальной хроникой. Единой сюжетной линии в книге нет. В качестве основных источников авторы использовали документальные издания, посвященные криминальной истории Донбасса, и публикации интернет-изданий, изначально не симпатизировавших «донецким», но заполнявших темные пятна в биографии популярных выходцев из региона домыслами и слухами об их криминальном прошлом. Из презентабельных документальных журналистских расследований использованы публикации «Украины криминальной». Как плоды собственных поисков и розысков авторы публикуют три служебных документа правоохранительных органов, но в тексте сами же признаются, что документы попали к ним случайно.

Систематизированы собранные данные тоже не слишком удачно. «Авторы» расставили всех, кого отнесли к криминальным авторитетам Донбасса, в алфавитном порядке. Но поскольку книга об организованной преступности, в каждом громком и резонансном деле участвовало несколько героев книги. В разделе, посвященном каждому из них, текст повторяется. Подробности самых резонансных дел — убийство Евгения Щербаня, взрыв на стадионе «Шахтер» и т.д. — повторяются по пять-шесть раз, одними теми же словами. Секретную технологию создания книги наши журналисты раскрыли быстро — любой электронный поисковик на запрос «Брагин» или «Щербань» выдает те же тексты, которые размещены в «Донецкой мафии». Если убрать заимствованные эпизоды, от книги практически ничего не останется.

«Мафию», по-видимому, очень спешили выпустить до парламентских выборов, в рамках контрпропаганды против «донецких бандитов». Поэтому «авторы» не успели даже толком вычитать материал и сделать книгу моноязычной. Русский текст перескакивает на украинский и наоборот безо всякого объяснения. Ссылки на источник действительно проставлены далеко не везде, и создается впечатление, что писали несколько человек, причем каждый на своем родном языке.

На «Хронику донецкого бандитизма» Александра Кучинского авторы агитационного бестселлера ссылаются четырежды и даже дают этой книге весьма лестную характеристику: «В 2002 году донецкие любители чтения раритетных изданий могли оценить атмосферу того времени, коротая вечера в компании «Хроники донецкого бандитизма», которые вышли тиражом в 1000 экземпляров в издательстве «Юрпресс». Автор «Хроники…» — Александр Кучинский, главный редактор газеты «Криминал-Экспресс», смог вспомнить практически все и всех» («Донецкая мафия», стр. 132). Но переписанных без ссылки на источник мест из «Хроники…» насчитывается побольше — нам удалось обнаружить четырнадцать. Причем со всеми «ляпсусами» автора. Так, в одном месте Александр Кучинский по ошибке назвал убитого в 1992 году предпринимателя Владимира Гольдина Валерием.

В другой части указывается (без ссылки на источник), что 6 августа 1993 года был убит крупный «цеховик» Виктор Крутов. По словам Кучинского, цеховика по имени Виктор Крутов никогда и не существовало, он изменил фамилию погибшего по личной просьбе его брата.

С этими же опечатками и измененными фамилиями текст перекочевал в «Мафию» со ссылкой на не менее таинственного плагиатора — Александра Тимошенко. Другого Александра Тимошенко, кроме спортивного журналиста одного из донецких изданий, ни нам, ни самому Кучинскому обнаружить не удалось. А между тем «Донецкая мафия» пестрит ссылками на этого «автора», причем каждый раз первоисточник называется по-разному: то «Криминальные хроники Донецка», то «Криминальная история Донецка», то «Кровавые хроники Донецка». Невольно закрадывается подозрение, что создатели «Донецкой мафии» решили разнообразить список источников. Просто чтобы скрыть от читателей (а главное — от заказчика) тот факт, что практически вся книга переписана из одного сочинения. Вот и придумали таинственного Александра Тимошенко. Только те, кто «писали» разные части книги, не запомнили названия «фантомного» труда, и перепутали в некоторых местах.

Борис Пенчук заявляет, что к нему претензий по этому поводу предъявлять не стоит: «Мне уже надоело отвечать на вопросы по этому поводу. Автор книги — Сергей Кузин, вот к нему и нужно предъявлять иски. Книгу издал фонд «Антикоррупция», а не частное лицо Борис Пенчук. Поэтому я не понимаю, почему эти иски подаются против меня лично. Он (Александр Кучинский — ред.) говорит о том, что 18-19 страниц из книги передраны без ссылки на источник. Но это претензия не к нам, а к Александру Тимошенко. Как-то там у него называется, «Криминальная история Донбасса» или «Кровавые хроники Донбасса», что-то такое. Мы у кого взяли, на того и сослались. Нам абсолютно без разницы, кто это», — заявил Пенчук в интервью корреспонденту «УРА-Информ.Донбасс». Он же отметил, что считает судебные иски по поводу плагиата политическими преследованиями за то, что перешел дорогу «представителям донецкого клана, с которыми у меня сложились неприязненные отношения — в первую очередь Борису Колесникову».

Мнение Сергея Кузина узнать не удалось, так как последний бесследно исчез. Его компаньон объяснил отсутствие соавтора тем, что Кузин скрывается, опасаясь за свою жизнь. «Сергей сделал заявление, что ему угрожают, в правоохранительные органы. Сам он сейчас скрывается. Сменил номер телефона и каждый раз звонит мне с разных номеров», — пояснил Борис Пенчук нашему корреспонденту.

Напомним, несколько ранее народный депутат от Партии Регионов уже дал свою оценку творчеству соавторов. «Это бред сумасшедшего. Если Пенчуку будет комфортнее сидеть в тюрьме не как рядовому вымогателю, желающему получить еще раз шестьсот тысяч долларов, а как соавтору книги «Донецкая мафия», то это его личное дело», — заявил Борис Колесников в своем первом интервью после избрания в народные депутаты.

Александр Кучинский намерен потребовать со своего обидчика четверть миллиона в украинских деньгах. Двести тысяч гривен составляет стоимость официального тиража «Донецкой мафии», еще пятьдесят — цена не состоявшегося сотрудничества редактора «Криминал-Экспресса» с издателями его следующей книги. Подавать иски собрались и другие журналисты, также нежданно-негаданно обнаружившие свои тексты в шедевре Кузина-Пенчука.

Но Пенчука это не останавливает. По его словам, в ближайшее время состоится презентация еще одной книги. Следующее издание будет рассказывать о преступных авторитетах в украинской политике. Называться, правда, будет тоже «Донецкая мафия». С целью популяризации украинских героев и укрепления имиджа страны среди европейской общественности новый «шедевр» будет напечатан за границей на английском языке и, по словам Пенчука, «адаптирован для иностранного читателя». Правда, от услуг Сергея Кузина решили отказаться, и работает над книгой другой автор.

Литературной сенсации ожидать не приходится. Новая книга вполне может оказаться еще одним разочарованием для любителей документальной прозы. К сожалению, накануне президентских выборов 2004 года украинская политическая документалистика переродилась в конъюнктурные издания агитационного характера. Первым разочарованием стала «Спецоперация «Ющенко» Петра Бачука, за ней последовала «Донецкая мафия».

«Пенчук-писатель — это смешно в кубе», — так оценили литературные способности главного обвинителя Бориса Колесникова наши коллеги после выхода книги. В отдельных источниках указывается, что даже смешную «Донецкую мафию» успели передрать расторопные НСНУшники, издав ее под названием «Донецкая мафия: от А до Я». Мы связались с руководителем и этого проекта Александром Мищенко. Он подтвердил, что, действительно, планировалось выпустить книгу под таким названием. «Но мы не хотели этого делать под выборы, так как это бы выглядело как «заказуха». Поэтому проект реализован лишь частично – было несколько публикаций в газете «Без цензуры» и перепечаток в других изданиях. Наша книга — это результат работы творческого коллектива, в которой лишь около 15% заимствований с точным указанием ссылок на источники», — сообщил Александр. Насколько «Донецкая мафия: От А до Я» идентична «Хронике» и «творению» Пенчука судить не можем. А надо ли? Ну, что можно еще нового сказать о «донецких бандюках» после расследований Кучинского? Разве что цветовые акценты расставить от бело-голубых к оранжевым в соответствии с целевой читательской аудиторией.

В заключении предлагаем вам самим сравнить фрагменты «Хроники донецкого бандитизма» Александра Кучинского и «Донецкой мафии» Бориса Пенчука:

— Но если обнародование «дюссельдорфской кассеты» не могло повредить заказчикам убийства, как тогда можно расценить заявления Генпрокуратуры о том, что Игорь Александров был убит в связи со своей профессиональной деятельностью?

— Когда журналист предоставил эфирное время Солодуну и Сербину, откуда ему было знать, что их заявления не имели доказательной силы, являясь просто озвучиванием широко из вестных фактов. Александров не был юристом, и уж тем более следователем, и потому расценивал информацию уволенных на то время милиционеров как доказанную и могущую повлиять на улучшение криминогенной обстановки в регионе. Он действительно выполнял свой гражданский и профессиональный долг. Чего нельзя сказать о Солодуне и Сербине. Ведь до своего увольнения из органов внутренних дел они являлись кадровыми офицерами одного из элитных подразделений милиции, имели достаточную юридическую подготовку для того, чтобы оценить правовой и процессуальный уровень своих голословных заявлений и их последствия. Ведь даже согласно их заявлениям, они не знали о месте нахождения оригиналов документов, на которые ссылались. После убийства журналиста ни Солодун, ни Сербин не знали, кто исполнитель нападения. И, будучи допрошенными в качестве свидетелей, заявляли, что нападение на Александрова совершено членом группировки «17-й участок» Константином Яворовским и их бывшим начальником Владимиром Бантушем, что в дальнейшем не подтвердилось, как им этого ни хотелось.

Уверен: руками следственно-оперативных работников они пытались свести счеты со своим «обидчиком» Бантушем, в свое время инициировавшим их увольнение из органов по компрометирующим мотивам, а также с Яворовским, одним из членов ОПГ, которого они называли «приспешником» Бантуша. Нападение на Александрова было раскрыто исключительно следственным путем, без «помощи» Солодуна и Сербина, о которой они трубят.

«Сербин и Солодун никогда не входили в следственно-оперативную группу по расследованию дела Александрова»

— На одном из брифингов в Генпрокуратуре заявлялось, что у Солодуна и Сербина в деле был какой-то особый статус. А сейчас, когда дело находится в суде, суд этот открытый и каждый может следить за его ходом, Олег Солодун не перестает заявлять, что, хоть исполнителей убийства Александрова и взяли, заказчики до сих пор на свободе.

— Ни Солодун, ни его «сподвижник» Сербин никогда не являлись членами следственно-оперативной группы Генпрокуратуры и не могли таковыми быть. Во-первых, потому, что они неоднократно допрашивались по делу в качестве свидетелей, а во-вторых, на момент создания в 2003 году этой группы Солодун и Сербин даже не являлись сотрудниками правоохранительных органов. Любое из этих обстоятельств полностью исключает включение их в состав следственно-оперативной группы.

Кроме того, во время допросов в качестве свидетелей оба предупреждались об уголовной ответственности за разглашение тайны следствия. Ввиду этих обстоятельств они не имеют ни морального, ни юридического права комментировать, а тем более разглашать результаты следствия. Я же убежден, что все лица, причастные к совершению этого преступления, перед судом предстали.

— Вы завершили и расследование дела об убийстве Вередюка, обвинявшегося в убийстве Игоря Александрова. Уровень обвиняяемых по этому делу ограничился, судя по опубликованной информации, начальником горотдела милиции Игорем Криволаповым. Мог ли он без опеки, «крыши», провести такую ловкую фальсификацию громкого дела и даже организовать убийство?

— Комментируя заявления работающего ныне на руководящей должности в правоохранительных органах Солодуна о том, что к фабрикации уголовного дела в отношении Вередюка причастны некоторые ранее высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов, я не сомневаюсь, что и в этом случае он движим лишь собственными амбициями и желанием отомстить, опорочить всех бывших руководителей этих органов Донецкой области. Один только вопрос: зачем? Все обстоятельства фабрикации дела в отношении Вередюка тщательно изучались в ходе следствия. Озвученная Солодуном информация полностью противоречит реальным обстоятельствам этого преступления. Следствием установлены лица, причастные к его совершению. Это Игорь Криволапое и бывший начальник отдела уголовного розыска Донецкой областной милиции Александр Герасименко, ныне привлеченные к ответственности. Они, по сути, мало чем отличаются от знаменитых киевских «оборотней». И те, и другие замешаны в убийствах и фальсификациях.

Несмотря на разнообразные политические обстоятельства в государстве, руководство Генпрокуратуры всегда предъявляло к нам одно требование: тщательно и законно расследовать это преступление и принять процессуальное решение в отношении всех лиц, к нему причастных, невзирая на чины и звания. Что и было выполнено. Поэтому могу заявить, что обвинения, выдвинутые Солодуном, следствием проверялись и не нашли своего подтверждения.

Кстати, еще при расследовании убийства Ермакова и Солодун, и Сербин не раз заявляли, что, мол, Рыбак, по каким-то только им понятным критериям, недосягаем для правоохранительных органов, потому что обладает крупным капиталом, и даже при наличии неопровержимых доказательств не будет привлечен к уголовной ответственности. А после того как Рыбак был задержан и предстал перед судом, Солодун и Сербин выбрали новую мишень — людей, ранее занимавших руководящие посты в правоохранительных и властных органах Донецкой области, заявляя об их причастности как к убийству Александрова, так и к фальсификации дела в отношении Вередюка. Я полагаю, это вызвано тем, что тема Александрова подходит к своему логическому завершению, и, понимая, что на этом их роль «борцов за правду» заканчивается, а желание быть постоянно на слуху — нет, Солодун вовсю комментирует другие дела, находящиеся у меня в производстве, плавно пытаясь подвести общественность к тому, что и в раскрытии этих преступлений есть их заслуги. Поэтому хочу предупредить, что подругам особо тяжким преступлениям на территории Киева и Донецкой области Солодун и Сербин не являются даже свидетелями. Тем не менее наряду со своими измышлениями Солодун разглашает и ставшие ему известными материалы уголовного дела, не подумав о том, что некоторые участники преступлений объявлены в розыск и из выступлений Солодуна получают пищу для размышлений.

Похоже, его так ничему и не научила трагическая судьба журналиста Александрова. А может, настолько велико его желание как-то навредить Генпрокуратуре, которая вовремя заметила направленность его помыслов «отомстить всем врагам» ее руками? По-моему, этим «борцам» давно нужно было бы извиниться перед теми, кого они так «смело» и бездоказательно обвиняют в прессе.

«Гибель журналиста добавила популярности экс-милиционерам»

— Но ведь эти милиционеры в свое время были уволены из органов как раз из-за своей порядочности и принципиальности. Их преследовали, и об этом не раз писала пресса.

— Я уверен, что истинным поводом для публичных выступлений Солодуна и Сербина явились их личная амбициозность и желание любой ценой создать себе положительный политический имидж и свести счеты со всеми, кто способствовал их изгнанию из правоохранительных органов, а не жажда правосудия и борьбы с преступностью, как это может показаться на первый взгляд. Вот они, не имея реальных доказательств и используя СМИ как орудие достижения цели, и начали серию своих «разоблачительных выступлений».

Так, в авторских программах Игоря Александрова «Без ретуши» Солодун и Сербин во всеуслышание заявили о коррупции, царящей, по их словам, в ОБОП и прокуратуре, нежелании этих органов раскрывать преступления и о наличии у них неопровержимых доказательств этих фактов и причастности к ним лиц, совершивших убийства членов ОПГ Ермакова, Кули и Собко. Продолжив эту тему на пресс-конференциях, они приобрели желанную известность. И в последней передаче «Без ретуши» заинтриговали зрителей обещанием в следующей передаче огласить неопровержимые доказательства причастности неких лиц к убийствам и коррупции. Возникает вопрос: почему они сразу не рассказали обо всем, что знали? Может, тогда они сохранили бы жизнь журналисту?

Ведь из-за их разоблачений у Александра Рыбака, на то время успешного бизнесмена, одна за другой начали срываться миллионные сделки. Подобные ему люди такого не прощают. Солодуну же и Сербину трагическая гибель Александрова добавила популярности, предоставив возможность мелькать на страницах прессы, экранах телевизоров. И они максимально использовали время, прошедшее до раскрытия преступления, для своей рекламы.

Не исключено, конечно, что Солодуна и Сербина кто-то использует в политических целях, искусственно подогревая «борцов за правду». И если это так, то можно было бы подобрать лиц с более безупречными биографиями и моральными качествами.

— А какие претензии могут быть к моральному облику Солоду на и Сербина?

— Начинали они с мелочовки. В 1992 году на перроне станции Краматорск Солодун изъял у перевозчиков 16 ящиков сливочного масла. Дальнейшая судьба этого остродефицитного на тот момент продукта остается невыясненной, но факт ненадлежащего выполнения им своих обязанностей установили и в должности понизили. В 2000 году он начал говорить о коррупции в правоохранительных органах и о том, что ему не дают возможности искоренять преступность, хоть, насколько мне известно, после их увольнения из МВД тем же Краматорским ОБОП были раскрыты серьезные преступления, в том числе семь заказных убийств.

В настоящее время расследуется и уголовное дело, одним из основных фигурантов которого является Сербин.

Небезынтересны и взаимоотношения Солодуна и Сербина с членами краматорской преступной группировки «17-й участок», о которых они, кстати, сами рассказывали в передачах и на пресс-конференциях. Так, еще в самой первой передаче «Без ретуши» от 21 сентября 2000 года Сербин сообщил, что длительное время поддерживал дружеские отношения с лидером группировки Ермаковым, с которым часто встречался.


Статьи по теме